Промышленный альпинизм - рынок невидимка

На сегодня профессия промышленного альпиниста является одной из нужных и более высокооплачиваемых рабочих специальностей. И не только лишь в строительстве, где способом промышленного альпинизма, другими словами с внедрением альпинистского снаряжения ведутся фасадные работы, да и в ряде других высотных работ, будь-то клининг либо установка маркетинговых конструкций. Еще есть большой рынок противокоррозийной защиты металлоконструкций, где впечатляющая толика объемов также производится промышленными альпинистами.

Спрос на их услуги вырастает из года в год. Отсутствие правовой базы профессии, позволяет промальпинистам полностью благопристойно зарабатывать по сопоставлению с представителями большинства других строй специальностей, а заказчику – списывать на расходы больше средств, чем было реально потрачено на высотные работы.

Как начиналось

Рынок промышленного альпинизма начинался в Екатеринбурге, также, наверное, как и всюду. С открытием перестройкой перспективы личной инициативе, многие спортсмены-альпинисты и скалолазы сообразили, что можно с фуррором соединять главное увлечение собственной жизни с зарабатыванием средств. До сих в бизнесе компания «Ветикаль», учредители которой начинали свою деятельность в промальпе сначала 90-х. Ревдинская «ВЫСО», возглавляемая бывшим альпнистом, и совсем перевоплотился в фаворита русского рынка противокоррозийной защиты. Сейчас ее спецы работают не только лишь на объектах нефтянки, русских стальных дорог, металлургических компаний, да и «пробрались» на буровые платформы Норвегии.

С начала 2000-х, когда наметилась тенденция к излечению экономики, и раскрылось 2-ое дыхание у строительной отрасли, промышленные альпинисты нужны больше. Сервис неподвижного фонда подразумевает герметизацию панельных соединений, ремонт фасадов, систем водоотведения и другие работы, проводить которые очень нередко приходится на высоте. Ну и действующее строительство не может без их обойтись, если применение люлек, лесов и подъемных устройств признано невыгодным либо по каким-то причинам не может быть осуществлено. К примеру, когда непростая архитектура фасада не позволяет повесить люльку, а насыщенное движение на улице – поставить кран, установка фасадных систем осуществляется конкретно таким макаром. То же самое, если высотность строения не позволяет выставить леса на верхних этажах.

Свое применение промышленный альпинизм отыскал и в других отраслях: от мойки стекол офисных построек и монтажа рекламы, до установок станций сотовой связи. Все это могут делать люди, висячие на веревках.

Работы хватит всем

В таковой ситуации в промальп потянулись не только лишь мастера, да и люди до этого дальние от романтики горных высот. Количество схожих компаний, бригад, отдельных альпинистов берущихся за всякую работу, сейчас не поддается учету. Все это, естественно, обостряет конкурентнсть, не так, что бы пришлось толкаться локтями, хотя и не без этого.

По словам генерального директора компании «СК Промальп» Евгения Новосельцева, более остро конкурентность чувствуется на рынке городских работ: в клининге, работах по монтажу маркетинговых конструкций, заделке межпанельных швов, расцветке и легкому ремонту фасадов, установке оборудования для кондиционирования и остального. Подобные работы в определенной степени не сложны, не требуют обладания способностями работы со особым оборудованием, потому конкретно на этом секторе рынка сосредоточилось наибольшее количестве промальпинистских компаний.

И хотя с высоты больших и средних участников рынка, большая часть подрядов тут числятся маленькими – от нескольких 10-ов до сотен тыщ рублей – борьба за их иногда ведется серьезная: при среднерыночной цены вымытого стекла в 50 рублей, цены могут падать в 2-3 раза. Если учесть главные составляющие цены, как расходные материалы, цена труда и прибыль компании, рентабельность городских работ колеблется в районе 25-30%. По меркам рынка промальпа, показатель средний. Все же, он позволяет держать уровень оплаты труда довольно высочайшим: зависимо от квалификации, спец может зарабатывать за смену от 1 до 2,5 тыщ рублей, а то и больше. И хотя маленьких компаний, незарегистрированных бригад и «вольных» промальпинистов, занимающихся маленькими работами становится с каждым годом больше, они все находят свое поле деятельности – за счет развития экономики в целом.

Схожая жесткая конкурентность царствует на рынке больших подрядов – от миллиона рублей и выше, так как большой попорядку это не просто другие средства, но огромные объемы работ. Специфичность промальпа такая, что при грамотном подходе к делу, много времени занимает сама подготовка к работе: нужно доставить людей, приготовить оборудование, верно «вывеситься», а потом тоже самое, но в оборотном порядке. Огромные объемы работ означают огромную прибыль фирмы-подрядчика и размеренную производительность труда в применимые сроки. Потому иметь в наличии нескольких больших объектов, чем распыляться на огромное количество маленьких, стараются все суровые промальпинистские компании.

На высочайшем уровне развития бизнеса соперничать приходится даже с зарубежными подрядчиками. К примеру, с югославами, которые сразу с «ВЫСО» высчитали большие перспективы рынка противокоррозийной защиты металлоконструкций: при большущем фонде, находящемся на балансе нефтяников, железнодорожников, металлургов надлежащими будут и расходы на их защиту от коррозии. И хотя в этом виде работ услуги верхолазов требуются не всегда, они тут более выгодны. В стоимостном выражении рынок противокоррозийной защиты, по оценке Евгения Новосельцева, раз в год дает больший прирост рынку услуг промышленного альпинизма.

В ситуации, когда гиганты бьются за огромные подряды, а маленькие компании – за маленькие заказы, незаполненным остается сектор средних подрядов, ценой до 1 миллиона рублей. Чтоб биться за их промальпинистские компании должны значительно механизировать собственный труд, иметь достаточный штат приготовленных профессионалов. Вобщем, кадровая неувязка частично снимается наличием огромного числа «дружественных» соперников, которым, всегда можно предоставить субподряд, если не удается обойтись своими силами.

Таковой профессии нет

По оценке участников рынка, не глядя на многочисленность компаний промальпа, в Екатеринбурге официально зарегистрированы и ведут бухгалтерию менее 3-х 10-ов компаний и личных бизнесменов. Обрисовать уровень подготовки служащих других, составляющих большая часть, компаний, какое они употребляют снаряжение и оборудование, как серьезно соблюдается техника безопасности и может ли быть гарантия свойства сделанных работ, не берется никто.

Меж тем, как и у хоть какой профессии в промышленном альпинизме существует своя специфичность. «Принципиальная разница промышленного альпинизма от хоть какой другой деятельности – отсутствие опоры под ногами. Часто можно повстречать недопонимание заказчика, в особенности когда затягиваются сроки работ: почему на вид маленький объем работ занимает столько времени? А вы попытайтесь «враскачку» (без опоры), к примеру, просверлить отверстие в стенке. Дело в том, что для работы в промальпе не достаточно преодолеть ужас высоты и научиться висеть на веревках, необходимо к тому же уметь работать в этих критериях. Всё приходит исключительно в процессе работы» - разъясняет узнаваемый в городке альпинист Алексей Дмитриенко (Змей).

«Настоящих экспертов – гласит он – очень мало». К тому же так как просто негде проводить исходную профессиональную подготовку: на весь Урал работает всего один личный центр подготовки коррозионистов, которые в рамках общего курса получают и промальпинистские способности.

Огромное количество самодеятельных бригад поднимает вопрос о качестве, выполняемых ими работ. Поставить его под контроль очень тяжело: необходимо или самому разбираться, или держать в штате специально обученного человека. «На самом деле все находится в зависимости от управления промальпинисткой компании-подрядчика – уверен Евгений Новосельцев - Если оно вначале дает установку на качество, работает в этом плане с прорабами, монтажниками, держа при всем этом повсевременно руку на пульсе, качество повышается». Как вариант, заказчик может пригласить для экспертизы другую промальпинистскую компанию. Но и тут не всегда можно рассчитывать на объективность оценщиков, которым ничего не мешает принизить работу соперников, чтоб в перспективе самим работать со щедрым заказчиком.

Одной из обстоятельств схожих заморочек – отсутствие нормативной базы. Не глядя на то, что объемы подрядов для промальпинистов могут исчисляться миллионами рублей, для страны таковой профессии не существует. Есть монтажник-верхолаз, использующий в работе монтажный пояс, но не предвидено применение альпинистского снаряжения. А раз нет профессии, нет и нормативной базы, к примеру – для расчета цены единицы работ, выполненных способом промальпа.

В мутной воде

Это очень принципиальная категория – единица цены. Сейчас сметная цена работ в промальпе считается потому что как будто сами промышленные альпинисты работать на объекте не будут совершенно. В смете рассчитывается, что подъем-удержание-спуск людей с высоты осуществляется на веревками, а подъемной техникой (краны, подъемники) либо при помощи лесов. Другими словами, будто бы бы техника работает, но по сути на объекте, где работают промальпинисты, ее нет. Смета дорожает, но посчитать ее по-другому нельзя.

При всем этом, совершенно не непременно, чтоб сметная накрутка шла в кармашек подрядчика. Очень всераспространена ситуация, когда меж заказчиком и промальпинистской организацией стоит посредник, изымающий, иногда, самую большую часть цены работ. Большая часть работает конкретно на субподряде. «У меня как-то был один попорядку, когда стоимость работы составляла 100 рублей за квадратный метр, еще 50 рублей – расходные материалы. Другими словами, в конечном счете, наша выручка составила 150 рублей с м2. В то время, как сметная цена была 400 рублей за квадрат. Объем работ – 1000 метров2. Другими словами, за ту неделю, что мы там работали, кто-то чистоганом положил в кармашек 250 тыщ рублей» - поделился пожелавший остаться неназванным менеджер промальпинисткой компании.

Вроде бы то ни было, благодаря «сметной специфике» промальпинистского бизнеса, удовлетворенными остаются все: заказчики, могут списывать на издержки больше средств, чем издержали, и сами подрядчики – зарабатывать очень хорошие денги на рынке пожрядов СМР. Молвят, что в правительстве на данный момент ведется работа над подготовкой официальной формулировки профессии и внесения ее в муниципальный реестр. Если эти и другие логически ожидаемые шаги будут изготовлены, появится возможность относительно упорядочить рынок, значимая толика которого полностью находящийся в «тени».

Дмитрий Носков (Журнальчик «Строительные материалы и услуги» № 8)

Добор телескопический «Летиция», 10x215 см, цвет дуб пломбир

Добор «Летиция» — дополнительная часть дверного наполнения. Подбирается по фактуре и цветовому выполнению к дверной коробке и полотну. Каждый элемент телескопического добора собирается как пазл. В конструкции предусмотрен маленький шип, который вставляется в особый паз в дверной коробке. Это позволяет уравнять толщину дверной коробки и стенки и прекрасно оформить дверь хоть какого размера.

Особенности

Добор размером 215x10 см выдержан в традиционном стиле. Материал дополнительной планки — древесноволокнистая плита средней плотности (МДФ), тип производства — отрезной. Покрытие — ПВХ. Покрытие отличает средняя устойчивость к царапинам. По шкале износостойкости добор подходит для значимого использования.

Изделие сделано из неопасного сырья: класс метаналя — E1, качество воздуха в помещении по шкале VOC — A+. Страна производства продукта — Наша родина. Цвет — «дуб пломбир».